Решение суда по первоначальному иску о снятии ареста; по встречному иску о признании сделки недействительной, истребовании имущества из чужого незаконного владения

 

Дело № 2-3169/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

 

25 сентября 2017 года                                                                                                                                                                                                      г. Новосибирск

Ленинский районный суд г. Новосибирска в составе судьи Лисюко Е.В.,

при секретаре судебного заседания Алтуховой Е.Н.,

с участием истца М-ва П.А., его представителя Палкина А.В.,

представителя ответчика К-вой И.П.- Бойкова А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску М-ва П.А. к К-ву В.А., К-вой И.П. об освобождении имущества от ареста; по встречному иску К-вой И.П. к К-ву В.А., М-ву П.А. о признании сделки недействительной, истребовании имущества из чужого незаконного владения,

установил:

 

М-в П.А. обратился с иском к К-ву В.А., К-вой И.П. об освобождении от ареста автомобиля МЕРСЕДЕС № VIN №, в котором указал, что определением Ленинского районного суда г.Новосибирска от 11.06.2015 был наложен запрет на регистрационные действия в отношении вышеуказанного автомобиля в рамках рассмотрения гражданского дела по иску К-вой И.П. к К-ву В.А. о разделе имущества. Арест автомобиля произведен незаконно, поскольку он является собственником автомобиля на основании договора купли-продажи от 25.12.2014.

К-ва И.П. обратилась с встречным иском, которым просила признать недействительным договор купли-продажи автомобиля МЕРСЕДЕС № VIN №, ДД.ММ.ГГГГ года выпуска, заключенный 25.12.2014 между К-вым В.А. и М-вым П.А. и истребовать автомобиль МЕРСЕДЕС № VIN №, ДД.ММ.ГГГГ года выпуска из чужого незаконного владения М-ва П.А..

В обоснование иска указала, что об отчуждении автомобиля ей ничего не было известно. Семья К-вых распалась 18.07.2014, с этого времени они не ведут общего хозяйства. Брак был прекращен 12.12.2014 на основании решения мирового судьи от 10.11.2014. При рассмотрении спора о разделе совместно нажитого имущества в 2015 году, К-в В.А. указал, что спорный автомобиль им не продан, в связи с чем он был оценен и решением суда от 15.12.2015 передан в ее собственность.

М-в П.А. состоит в дружеских отношениях с К-вым В.А., знал о распаде семьи в июле 2014 года, в судебном споре между супругами принимал участие в качестве свидетеля и, ему было известно о том, что К-ва И.П. согласия на отчуждение автомобиля не давала. Поскольку владение автомобилем М-вым П.А. основано на недействительной сделке, а она является собственником автомобиля на основании решения суда, просила истребовать автомобиль из чужого незаконного владения.

В судебном заседании истец М-в П.А. и его представитель требования и доводы иска поддержали, встречный иск не признали, указав, что в силу прямого указания закона предполагается согласие участника совместной собственности на отчуждение имущества. Полагали, что М-в П.А. является добросовестным приобретателем. Также ссылались на пропуск срока исковой давности.

К-ва И.П. в судебное заседание не явилась, ее представитель Бойков А.А. в судебном заседании возражал против удовлетворения иска, встречный иск поддержал, указывая, что срок исковой давности не считают пропущенным. При рассмотрении иска о разделе имущества между Котеневыми, ГИБДД дало сведения о том, что автомобиль МЕРСЕДЕС № ДД.ММ.ГГГГ года зарегистрирован за К-вым В.А., сам К-в В.А. подтверждал, что автомобиль не продан. Право собственности было признано за К-вой И.П., об оспариваемой сделке К-вой И.П. стало известно в 2017 году, когда М-в П.А. обратился к судебном приставу-исполнителю. На момент заключения сделки, М-в П.А. достоверно знал, что семья распалась и супруги развелись, знал о споре относительно раздела имущества и об отсутствии ее согласия на заключение сделки.

К-в В.А. в судебное заседание не явился, о рассмотрении дела извещен надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщил.

Суд, заслушав стороны, изучив письменные материалы, приходит к следующему.

Установлено, что 17.12.2004 был заключен брак между К-вой И.П. и К-вым В.А., автомобиль МЕРСЕДЕС № VIN №, ДД.ММ.ГГГГ года выпуска был приобретен супругами К-выми в период брака и являлся совместно нажитым имуществом супругов.

С 18.07.2014 стороны не ведут совместное хозяйство, брак прекращен 12.12.2014 на основании решения мирового судьи от 10.11.2014.

Указанные обстоятельства подтверждаются решением Ленинского районного суда г.Новосибирска от 15.12.2015, вступившим в законную силу, и сторонами не оспаривались.

24.04.2015 К-ва И.П. обратилась с иском к К-ву В.А. о разделе совместно нажитого имущества, в том числе автомобиля МЕРСЕДЕС № VIN №, ДД.ММ.ГГГГ года выпуска.

В подтверждение доводов о наличии данного автомобиля в собственности, К-ва И.П. представила копию ПТС54 №, из которой следовало, что автомобиль зарегистрирован на имя К-ва В.А.

Определением Ленинского районного суда г.Новосибирска от 29.04.2015 К-ву В.А. запрещено совершать сделки, а органам ГИБДД совершать регистрационные действия в отношении ряда автомобилей, в том числе автомобиля МЕРСЕДЕС № VIN №, ДД.ММ.ГГГГ года выпуска.

Согласно сведениям МОТНиРАМТС ГИБДД № 1 ГУ МВД России по НСО от 31.07.2015 и сведениям МОТНиРАМТС ГИБДД № 3 от 01.08.2015 на запросы суда автомобиль МЕРСЕДЕС № VIN №, ДД.ММ.ГГГГ года выпуска, зарегистрирован за К-вым В.А.

В отношении данного автомобиля МОТНиРАМТС ГИБДД № 3 представил суду копию свидетельства о регистрации транспортного средства № от 08.08.2008, заявление К-ва В.А. об изменении фамилии от 06.03.2012, копию ПТС №, из которых также следовало, что владельцем автомобиля является К-в В.А.

12.10.2015 К-в В.А. представил письменные возражения по иску о разделе имущества, в которых указал, что автомобиль МЕРСЕДЕС №, ДД.ММ.ГГГГ года он просит передать в собственность К-вой И.П. и его стоимость 410 000 руб. не оспаривает.

В судебном заседании от 12.10.2015 К-в В.А. также подтвердил, что автомобиль не продан. В судебном заседании от 15.12.2015 давал пояснения, просил исключить иные автомобили из раздела, указывая, что они проданы, относительно спорного автомобиля пояснений не менял.

Решением Ленинского районного суда г.Новосибирска от 15.12.2015 спорный автомобиль МЕРСЕДЕС № VIN №, ДД.ММ.ГГГГ года передан в собственность К-вой И.П.

В апелляционной жалобе К-в В.А. решение суда в части спорного автомобиля не оспаривал, а 14.04.2016 просил снять аресты с автомобилей, указывая, что в связи с передачей их К-вой И.П. в собственность, необходимость в обеспечительных мерах отпала. В удовлетворении ходатайства определением Ленинского районного суда г.Новосибирска от 22.04.2016 было отказано, в связи с возражениями истицы о том, что решение суда не исполнено, автомобили ей не переданы. В последующем истица получила исполнительный лист, на основании которого было возбуждено исполнительное производство, в связи с уклонением К-ва В.А. от передачи автомобиля.

М-в П.А, обращаясь с настоящим иском об освобождении имущества от ареста, представил суду договор купли-продажи автомобиля МЕРСЕДЕС № VIN №, ДД.ММ.ГГГГ года выпуска, заключенный 25.12.2014 между К-вым В.А. и М-вым П.А., согласно которому автомобиль приобретен М-вым П.А. возмездно за 10 000 руб.

Также М-вым П.А. представлена копия ПТС №, из которой следует, что регистрация автомобиля за М-вым П.А. произведена 25.12.2014.

Согласно сведениям МОТНиРАМТС ГИБДД № 1 ГУ МВД России по НСО от 05.07.2017 и сведениям МОТНиРАМТС ГИБДД № 3 от 14.07.2017 автомобиль зарегистрирован за М-вым П.А. 25.12.2014.

Оспаривая договор купли-продажи от 25.12.2014, К-ва И.П. указала, что согласия на продажу автомобиля не давала, о чем должно было быть известно М-ву П.А., о совершенной сделке ей не было известно до весны 2017 года.

Оценивая указанные выше обстоятельства по правилам ст.67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что на момент заключения договора купли-продажи спорного автомобиля от 25.12.2014 между К-вым В.А. и М-вым П.А., К-вой И.П. о совершенной сделке ничего не было известно, о чем с достоверностью свидетельствует ее позиция в рамках разрешения спора о разделе имущества супругов, а также следует из действий К-ва В.А. последовательно поддерживающего позицию о том, что спорный автомобиль не продан. Очевидно, что даже если такая сделка заключалась между М-вым П.А. и К-вым В.А. 25.12.2014, К-ва И.П. длительный период времени была введена в заблуждение.

Оценивая пояснения истца М-ва П.А. и стороны ответчика К-вой И.П. о том, что М-в П.А. состоял в дружеских отношениях с К-вым В.А; конфликт между супругами в июле 2014 года, который привел к прекращению брачных отношений произошел в присутствии его семьи и о расторжении брака супругов К-вых В.А. ему было известно, суд приходит к выводу, что М-в П.А. заведомо должен был знать об отсутствии у К-ва В.А. права на продажу автомобиля без согласия К-вой И.П.

Также суд учитывает, что М-в П.А. знал о процессе раздела имущества К-вых, был приглашен К-вым В.А. в судебное заседание для допроса в качестве свидетеля. Доводы М-ва П.А. о том, что К-ва И.П. видела, как он управлял спорным автомобилем, правового значения не имеют.

Оспариваемый ответчиком договор заключен 25.12.2014, то есть тогда, когда К-ва И.П. и К-в В.А. перестали быть супругами, владение, пользование и распоряжение общим имуществом которых определялось положениями статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, и приобрели статус участников совместной собственности, регламентация которой осуществляется положениями Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 2 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом.

В соответствии с пунктом 3 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.

Исходя из положений вышеприведенных правовых норм при разрешении настоящего спора о признании недействительной сделки по распоряжению общим имуществом, совершенной одним из участников совместной собственности, учитывая установленное судом отсутствие полномочий у участника совместной собственности на совершение сделки по распоряжению общим имуществом, которые возникают у этого участника в случае согласия остальных участников совместной собственности на совершение такой сделки и наличие осведомленности другой стороны по сделке об отсутствии у участника совместной собственности полномочий на совершение сделки по распоряжению общим имуществом и обстоятельства, с учетом которых другая сторона по сделке должна была знать о неправомерности действий участника совместной собственности, наличествуют основания для признания сделки недействительной.

Оценивая довод М-ва П.А. о пропуске К-вой И.П. срока исковой давности, суд полагает его необоснованным. В соответствии с положениями ст.200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Доводы К-вой И.П. о том, что о притязаниях М-ва П.А. ей стало известно весной 2017 года не опровергнуты, ее доводы подтверждают ее позицией по делу о разделе имущества, из которой очевидно следует, что и после вынесения решения, в рамках исполнительного производства К-ва И.П. настаивала на истребовании автомобилей из владения К-ва В.А. Кроме того, у К-вой И.П. не было оснований полагать, что ее титул, установленный решением суда, кем то оспорен, поскольку на момент рассмотрения дела сведениями ГИБДД подтверждался факт регистрации спорного автомобиля за К-вым В.А., автомобиль был арестован.

При указанном положении, суд удовлетворяет встречный иск К-вой И.П. о признании сделки недействительной и требования об истребовании автомобиля из чужого незаконного владения М-ва П.А., поскольку решением суда от 15.12.2015 автомобиль передан в собственность К-вой И.П.

В удовлетворении первоначального иска М-ва П.А. соответственно надлежит отказать.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

 

отказать М-ву П.А. в удовлетворении исковых требований.

Встречный иск К-вой И.П. удовлетворить.

Признать недействительным договор купли-продажи автомобиля МЕРСЕДЕС № VIN №, ДД.ММ.ГГГГ года выпуска, заключенный 25.12.2014 между К-вым В.А. и М-вым П.А..

Истребовать автомобиль МЕРСЕДЕС № VIN №, ДД.ММ.ГГГГ года выпуска из чужого незаконного владения М-ва П.А..

Решение суда может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

    Решение суда принято в окончательной форме 05.10.2017

Судья                 (подпись)                                                                        Лисюко Е.В.